Каждый из композиторов решал эту проблему индивидуально, в соответствии с общим характером своего творчества, используя и претворяя достижения различных жанров музыкального искусства — песни, онеры, симфонии,, киномузыки. Так, С. Прокофьев применил в «Александре Невском» драматургические приемы кинематографа с его монтажным принципом (это объясняется отчасти рождением кантаты из музыки к кинофильму). [...]
Возрастающий интерес к исторической тематике был вообще характерен для советской литературы и искусства этого период!, «…У пас создан подлинный и высокохудожественный исторический роман… — писал М. Горький, — превосходный исторический роман Л. Н. Толстого :«Петр I», шелками вытканный «Разин Степан» Чапыгина, талантливая «Повесть о Болотникове» Георгия Шторма, два отличных мастерских романа Юрия Тынянова «Кюхля» и «Смерть Вазир- Мухтара»… Все это поучительные, искусно написанные картины прошлого и решительная переоценка его». [...]
Таковы прежде всего два важнейших опуса С. С. Прокофьева — юбилейная Кантата к 20-летию Октябрьской революции (1937) и кантата «Здравица» (1939), составившие важные звенья в истории развития данного жанра. Именно кантатно- ораториальный жанр—с его четкой литературной основой и специфическими чертами массового, ярко демократического монументализма—- оказался наиболее подходящим для плодотворных опытов великого русского музыканта, впервые обратившегося к высокой проблематике революционной .борьбы и социалистического созидания. [...]
Пожалуй, никогда прежде, в классические эпохи истории русской музыки, кантата и оратория не занимали столь важного места, не удостаивались столь прочного признания, как теперь. На смену традиционной кантате величальпоторжественного характера (типа, например, кантаты «Москва» Чайкоиского) или кантате-поэме, пронизанной мотивами мудрых религиознофилософских размышлений (кантаты С. И. Танеева), приходит кантата., близкая к театрально-действенному либо повествовательному стилю русской оперы: в качестве героев, новых кантат выступают конкретные, почти оперные фигуры вождей, полководцев, вдохновителей народных движений (Емельян Пугачев, Дмитрий ^Донской), а еще чаще сам народ, волнующийся, страдающий или ликующий, активно борющийся за лучшую долго, за свободу И независимость России. [...]
Он предназначен для камерных певцов, песни приближены к романсам, что проявилось прежде всего в тонко разработанном, образном фортепианном сопровождении. Так, например, в песне Гебридских островов «Сборщицы водорослей» фортепианная партия как бы рисует спокойную гладь моря в час отлива и передает мерный ритм волн. Часто применяет композитор и прием варьирования партии фортепиано, иллюстрируя при этом поэтические образы различных куплетов («Старый друг луна», «Матросы из Груа»). Названные произведения обозначили собой принципиально важную тенденцию. [...]
В 30-х годах к этому жанру обращается ряд композиторов. Так, В. Белым, В. Нечаевым, С. Фейнбсргом были созданы циклы обработок чувашских’песен._ Поводом для этого послужило предложение HapiCoTgiiptWtt Чувашской» ЛССР, причиной — растущий интерес рус ских композиторов к народно-песенным культурам республик Советского Союза, в особенности к тем, художественные богатства которых оставались почти неизвестными русским музыкантам и русским слушателям. Каждый из названных композиторов дал свое решение задачи. [...]
